Эльмар МАМЕДЪЯРОВ: "Никто в мире не заставит Азербайджан
отказаться от части своей территории"
В этом уверен министр иностранных дел
НУРАНИ
 -
21 июня в Праге состоялись ваши переговоры с министром иностранных
дел Армении Варданом Осканяном, и армянская сторона уже успела прокомментировать
их итоги, обвинив Азербайджан в излишней, с точки зрения Еревана,
верности своим позициям. А как в действительности проходили переговоры
и были ли достигнуты в их ходе какие-то конкретные договоренности?
— Говорить о конкретных договоренностях
после трех встреч было бы неправильно
и, думаю, даже наивно. Минский
процесс переговоров продолжается, и каждая
встреча приносит новые шаги к
пониманию. И мы сейчас работаем над тем,
чтобы использовать все имеющиеся
наработки, привнести, если необходимо,
какие-то новации и уже тогда вывести
процесс урегулирования в практическую
плоскость.
— В последние недели в прессе весьма
активно обсуждается возможность
возвращения, по одним данным, трех, по другим - пяти районов,
главным образом равнинного
Карабаха, в обмен на открытие
коммуникаций. Теперь американский сопредседатель
Минской группы ОБСЕ Стивен Манн,
знакомый нам еще по энергетической дипломатии,
заявил, что в Праге этот вопрос
не обсуждался. Господин министр, возможность
освобождения территории равнинного
Карабаха сегодня - это предмет переговоров
или предмет обсуждения в прессе?
— Предметом переговоров является
урегулирование армяно-азербайджанского
нагорно-карабахского конфликта.
Где каждая сторона - и азербайджанская,
и армянская - высказывает свои идеи
и предложения. Это и называется английским
словом cooking. Словом, это как
азербайджанский "хефтебеджер", где все
смешивается вместе, и в результате
может получиться прекрасное блюдо,
которое понравится всем, и его
будет возможно переварить.
— Хотелось бы, чтобы получился такой вариант...
— Вот поэтому мы и работаем, переговоры
продолжаются, и каждая встреча
внушает определенную долю оптимизма
и представляет собой
еще один шаг вперед. Плюс ко всему
мир меняется, и сегодняшняя ситуация
не аналогична той, которая была
даже в 1998 году: меняется ситуация, меняются
вызовы времени...
— Господин министр, за годы карабахского
конфликта и активных переговоров
по его урегулированию уже было
множество предложений. Посол США в Азербайджане
господин Рино Харниш упоминал
поэтапный график, пакетный график и обмен
территориями. В Азербайджане вспоминают
три пакета предложений Минской
группы ОБСЕ, от двух из которых отказалась
Армения, от одного - Азербайджан,
а потом все три были названы в Баку
неприемлемыми. Существует ли сегодня
реальная возможность урегулирования
армяно-азербайджанского нагорно-карабахского
конфликта в соответствии с интересами Азербайджана?
— В первую очередь я должен заметить,
что Азербайджан не отказывается
от определенных предложений,
сделанных сопредседателями. Кроме того, развитие
событий и в Азербайджане, да и
в Армении тоже, показывает, что за 16 лет
конфликта ситуация остается чрезвычайно
чувствительной для населения,
и последние события в Газахском
районе, сохраняющаяся напряженность на
границе - лишнее подтверждение
тому, что сегодня надо идти, наверное,
по пути снижения чувствительности и
накала в обществе. А здесь позиция Азербайджана
заключается в том, что одним из основных
направлений снижения напряженности
должно стать решение проблемы
беженцев и вынужденных переселенцев. Пока
эти люди не смогут вернуться в свои
дома, не начнут работать и кормить
свои семьи, а их дети не начнут
ходить в нормальные школы, говорить о
реальном завершении конфликта,
о реальном продвижении достаточно сложно.
И то, что сегодня предлагается
армянской стороной - давайте, мол, сразу
обсуждать статус - это нереальный
подход. Поймите меня правильно: мы
не отказываемся обсуждать статус
вообще. Нагорный Карабах является частью
территории Азербайджана и так же,
как, скажем, Губинский или Шамахинский
районы, должен иметь свой статус.
— Господин министр, за день до нашей
беседы по всем телеканалам Азербайджана
- и независимым, и государственным -
прошла "картинка" об акции протеста
Организации освобождения Карабаха
в отеле "Европа", в результате
армянская делегация запросила дополнительных
гарантий безопасности. А какова
здесь позиция Азербайджана: могут ли граждане
Армении прибывать в нашу страну для
участия в многосторонних переговорах,
в работе форумов международных
организаций? И если да, то с чем связаны
заявления, что армянские офицеры,
мол, приехали тайно, мы об этом не знали
и т.д.?
— Насчет того, что они "прибыли
тайно" - насколько мне
известно, пересечение ими границы
Азербайджана прошло в соответствии с
законодательством Азербайджанской
Республики, и никаких нарушений здесь
нет. Что же касается приезда
армянских офицеров, то при всем негативизме
того, что это военнослужащие,
приехали они не в Азербайджан - они приехали
на мероприятие НАТО. Хотел бы провести
такую аналогию: каждый год в США,
в Нью-Йорке собирается Генеральная
ассамблея ООН. И туда, в числе прочих,
приезжают люди, которых правительство
США не очень-то и жалует. Тем не
менее они приезжают, американцы
их принимают, впускают в страну, хотя
и ограничивают передвижение
25-мильной зоной. Эти люди не являются гостями
правительства США - они прибывают
на международную встречу по приглашению
международной организации. Точно
так же и эти армянские офицеры прибыли
на международную встречу
в рамках НАТО. А вот тут нам
уже надо сесть и
подумать: ведь у Азербайджана есть
определенные обязательства перед организаторами
этой конференции в рамках наших
взаимоотношений с НАТО, с другими организациями...
Если Азербайджан взял на себя эти
обязательства и если Азербайджан считает
себя "взрослым" самостоятельным
государством, готовым обеспечить свою независимость
и свою территориальную целостность,
то надо не бояться возможного
приезда в Баку армянских офицеров.
Более того, если армянские представители
приедут и воочию увидят тот экономический
бум, который охватил сегодня
Баку и уже переходит в районы -
это тоже будет маленьким кирпичиком
в строительство
новых отношений.
— Несколько дней назад Организация Исламская
конференция в очередной раз
признала Армению агрессором.
Но в то же время, голосуя
за эту резолюцию,
к примеру, Сирия заключает с Арменией
военный договор, Иран имеет обширную
программу сотрудничества
с Арменией, председатель комитета по международным
делам парламента Египта аль-Фики
совершенно официально заявил нам, что
его страна занимает в этом вопросе
нейтральную позицию...В Армении открыто
говорят о своих давних связях
в арабском мире и о необходимости усилить
там свои позиции. При всей популярности
лозунгов об "исламской солидарности"
и несомненном морально-политическом
значении резолюции ОИК: какова сегодня
позиция арабских стран в реальности?
— У вас не вопрос, а заявление...
— Это расширенный вопрос..
— Расширенный вопрос, в котором
сразу расставлены акценты...То, что ОИК
принимает такие резолюции -
это позиция стран, которые являются членами
не только ОИК, но и ООН, за исключением
Палестины, имеющей статус наблюдателя.
Что касается "исламской солидарности",
то это тема отдельного разговора
и долгого и обширного анализа,
в который я не хотел бы сейчас вдаваться.
Но, наряду с теми странами, о которых
вы упомянули, большинство стран-членов
ОИК поддержали Азербайджан во время
обсуждения резолюции о сотрудничестве
ООН и ОБСЕ, когда наша страна предложила
внести в нее поправку о территориальной
целостности Азербайджана. Есть отдельные
страны, которые отходят от договоренностей
в рамках ОИК, и наши дипломаты,
вне сомнения, должны активизировать свою
работу с ними.
— Сегодня, пожалуй, трудно найти
человека, который бы ни разу не слышал
и не читал многочисленных заверений
политиков, что "холодная война" уже
закончилась, Россия и США -
стратегические партнеры, у нас теперь общий
враг - международный терроризм...
Точно так же трудно найти того, кто ни
разу бы не слышал рассуждений
российских политиков "державного толка"
о том, что США и НАТО укрепляются
у российских границ, проникают в те
страны, где по определению не может
быть никакого влияния, кроме российского...
Существует ли сегодня геополитическое
соперничество между Россией и США
за контроль над Азербайджаном?
И какую политику в реальности проводит
наша страна: пророссийскую,
прозападную, сбалансированную?
— Наверняка вы слышали избитую
фразу, что у Великобритании нет постоянных
друзей и врагов, а есть только
постоянные интересы. То же самое можно
сказать и о нашей стране.
И внешнеполитический курс Азербайджана я бы
определил как соответствующий интересам
Азербайджана, направленный прежде
всего на решение главной проблемы
Азербайджана - урегулирование нагорно-карабахского
конфликта, и если мы - а я настроен
оптимистично - добьемся здесь успехов,
то я уверен, что Азербайджан ждет
блестящее будущее. А поэтому наша задача
состоит в том, чтобы Азербайджан
из зоны соперничества превратить в зону
сотрудничества.
— Но среди тех стран, которые имеют
с Арменией военный договор, есть и
Россия. Однако складывается впечатление,
что Азербайджан строит свои отношения
с Россией так, как будто
этого договора не существует.
— Да, Россия - наш важный партнер.
Но когда заключался договор о военном
сотрудничестве с Арменией, наша
страна - в форме ноты - высказала свое
негативное отношение к некоторым
положениям этого договора. Внешняя политика
Азербайджана строится таким образом,
чтобы находить со всеми точки соприкосновения.
— На уже упомянутом здесь форуме ОИК
было принято решение о признании
Турецкой Республики Северного Кипра.
Все мы помним заявление президента
Азербайджана Ильхама Алиева
о возможности скорого признания ТРСК. А какова
сегодня позиция Азербайджана в кипрском вопросе?
— Позиция Азербайджана в этом вопросе
достаточно последовательная. Как
вы помните, кипрский вопрос поднимался
и на совместной пресс-конференции
президентов Азербайджана и Греции.
Мы исходим из того, что после того,
как на Кипре прошел организованный
ЕС референдум, в ходе которого турецкая
община острова высказалась за
совместное с греками проживание, на Кипре
сложилась принципиально новая ситуация,
на которую надо адекватно реагировать.
Чем сейчас и занимаются и ООН, и
Евросоюз, оперативно выделивший 259 миллионов
евро. И, думаю, Азербайджан будет в
первых рядах тех, кто станет выполнять
новые решения ООН.
— Несколько месяцев назад на страницах
нашей газеты со ссылкой на информированные
источники сообщалось, что в скором
времени начнутся серьезные перестановки
в дипломатическом корпусе Азербайджана.
В частности, речь шла о послах
и членах дипкорпуса, которые
не имеют азербайджанского гражданства. Но
развития эта тема не получила.
А что происходит сейчас?
— Я бы хотел ответить на этот вопрос
в комплексе. Конечно, дипломатическая
служба Азербайджана будет реформирована
в той степени, чтобы она отвечала
вызовам XXI века. Мы уже обсуждали
с ПРООН и посольством США вопрос введения
тестовой системы и для поступающих
на работу в МИД, и для выезжающих за
рубеж. Вопросы будут затрагивать
историю Азербайджана, историю армяно-азербайджанского
конфликта, историю дипломатии, умение
писать эссе, знание иностранного
языка...Кроме того, будут четко
расписаны цели и задачи дипломатов за
рубежом. Это, конечно, не означает,
что, скажем, сотрудник консульского
отдела МИД не сможет поехать на
политическую должность в посольство,
или специалист по Ближнему Востоку
не поедет на работу в США: будет объявляться
конкурс, скажем, на замещение
должности второго секретаря посольства Азербайджана
в США, его обязанности заключаются
в анализе прессы, подготовке таких-то
и таких-то материалов, желающие могут
сдавать тесты. Что касается послов,
то будет, конечно, идти ротация.
Вот перед вами сидит человек, которого
уже ротировали. Главное в этом
вопросе для МИД - это создать систему.
Над чем мы сейчас и работаем.
— А будет ли в ближайшее время
расширена сеть дипломатических представительств
Азербайджана за рубежом?
— Вне сомнения. Как вы, наверное, слышали,
в ближайшее время будут открыты
12 новых дипломатических представительств
Азербайджана. Решение об открытии
миссий уже принято Милли меджлисом.
В настоящее время мы решаем технические
вопросы: бюджет, помещение, те
же кадры... Сеть дипломатических
представительств Азербайджана
за рубежом будет расширяться. В то же время
принято решение, что нет смысла
создавать большие посольства: достаточно
пяти-шести активно работающих мобильных сотрудников.
— Если позволите, несколько "шкурный"
вопрос. Есть такая больная тема
для всех нас: это взаимоотношения
госструктур и прессы. Дело в том, что,
несмотря на то, что, согласно закону "О
СМИ", госструктуры должны предоставлять
информацию журналистам, бывает так,
что звонит конкретно журналист нашей
газеты в пресс-службу вашего министерства,
задает вопрос, а ему отвечают:
"У меня на вас нет времени".
— Это, конечно, абсолютно недопустимо.
И дело не только в законе - если
даже человек не может дать
информацию, он может отговориться, отписаться...
Другой разговор - форма общения.
Я, учитывая свой опыт работы за рубежом,
хочу привить нашим сотрудникам, особенно
работающим в области "пиара",
понимание того простого факта,
что не надо бояться вопросов - а то человек
убежден, что если он станет говорить,
то неизбежно выболтает какую-то
государственную тайну. Тактика
может быть абсолютно разной. Я стараюсь
ввести в практику реагирование на какие-то
важные события, будь то Евросоюз,
НАТО и т.д., делегации, возвращающиеся
с таких встреч, проводят брифинги
для дипкорпуса, в ближайшее время планируем
начать брифинги и для журналистов...
А пока я предупредил главу нашей
пресс-службы Метина Мирзу, что если звонит
журналист, то лучше записать вопрос
и перезвонить через полчаса, когда
будет ответ, а держать человека
на "информационном голоде" недопустимо.
— Господин министр, а какое направление
внешней политики сегодня для Азербайджана
является приоритетным?
— Ответить очень легко: это урегулирование
армяно-азербайджанского конфликта.
Именно с этой точки зрения рассматриваются
и отношения Азербайджана со
всеми странами.
— Если открыть любое советское
исследование по развивающимся странам, то
там можно прочитать о том, что
правительство в первые годы независимости
столкнулось с острейшей нехваткой
квалифицированных кадров, колонизаторы
не особо заботились о том, чтобы
дать образование местному населению и
т.д. В Азербайджане общего дефицита
кадров не было. Но при том,
что МИД Азербайджана был создан
еще в советские годы, не ощущается ли
сегодня дефицит кадров в области
дипломатии, международных отношений?
— Да, МИД Азербайджана был создан
в 1944 году решением Сталина. Вы затронули
очень интересную тему, и мне хотелось
бы ее развить - дефицит кадров.
Безо всякой патетики хотел бы
вспомнить, как я поступал в 1977 году
на факультет международного права
и международных отношений Киевского
университета. Это был уже третий
"набор" после того, как Гейдар Алиев
"выбил" для Азербайджана места
в Киеве, заявив, что нашей республике нужны
кадры в области дипломатии и
международных отношений - произошло это в
1975 году. Вот это была политическая дальновидность.
— И последний вопрос. Несколько
дней назад в прессе появилось заявление
заместителя министра иностранных
дел Азербайджана Араза Азимова, которое
представляло собой ответ на критику
СМИ, что МИД, мол, проводит пораженческую
политику. В самом деле, с одной стороны,
нас уверяют, что пораженческой
политики нет и быть не может.
С другой, постоянно слышатся заявления,
что для урегулирования необходимы уступки
и компромиссы. А где проходит
граница между компромиссами и пораженческой политикой?
— Пока идут переговоры, и определять
границу компромиссов и уступок можно
будет только после того, как станут
вырисовываться контуры новых соглашений,
конкретного предмета переговоров, повестки
дня и т.д. Сейчас же идет самое
широкое обсуждение идей. И хочу заверить, что
никто в мире не заставит Азербайджан
отказаться от части своей территории.
Никто. Самое главное, что международное
право - на стороне Азербайджана,
в том числе в вопросе права на
самоопределение. Это право не подразумевает
изменения границ, и это вам объяснит любой юрист.
— Спасибо за беседу.
|
Главная
политика
