Историческая живучесть американских схем
Айдын ГАДЖИЕВ, доктор исторических наук
Вахдат СУЛТАНЗАДЕ, советник первого класса МИД
"История лишь учит
тому, что она никогда ничему не научила народы". Не
преувеличивая, можно утверждать, что
классика этого афоризма Гегеля
подтверждается ежечасно, если не ежеминутно.
Итогом контактов военных ведомств
Азербайджана и США явилась
практически достигнутое между
ними соглашение о размещении в ближайшее время
мобильных подразделений вооруженных сил
США на территории страны.
Столица Азербайджана в последнее
время подверглась высадке
массированного военно-дипломатического десанта
высокопоставленных делегаций
из США.
Самой внушительной группой
"десанта" стала миссия группы Верховного
консультативного совета Европейского
командования США, во главе с заместителем
командующего Европейского командования
генералом Чарльзом Уолдом. В составе
миссии был также командующий
военно-морскими силами США в Европе и
верховный главнокомандующий силами
НАТО в Северной Европе адмирал Грегори
Джонсон и множество послов различного ранга.
Во время пресс-конференции генерал
Чарльз Уолд категорически опроверг
слухи о том, что США намерены
создавать на территории Азербайджана военные
базы. Высокопоставленный военный чиновник
квалифицировал намечаемое
присутствие мобильных сил в
Азербайджане не в качестве военных баз, а скорее, как
временное средство для координации усилий в
борьбе с глобальным терроризмом".
В соответствии с заявлением генерала
Уолда США планируют проведение в
Азербайджане совместных учений по
борьбе с экстремизмом и распространением
оружия массового поражения.
Однако в конце прошлого года в
Азербайджане работала группа военных
экспертов Пентагона,
анализировавшая состояние
пригодности аэродромов страны
для использования в качестве основы
для развертывания военных баз. В этих целях
предполагалось использование аэродромов в
районе Кюрдамира, в поселках Насосный
(пригород Баку) и Гала.
По мнению военных
экспертов, создается реальный плацдарм в целях
расширения военного присутствия США в
регионе и установления контроля
Пентагона не только над азербайджанским
побережьем Каспия, но самое главное -
над иранским. Тем самым США пытаются замкнуть
кольцо военных баз вокруг
России с юга.
Но мировую общественность, познавшую в результате скандальных
разоблачений бывших сотрудников
Белого дома всю авантюристичность бушевской
политики в Ираке, уже не способен
дезориентировать никакой военно-дипломатический
камуфляж. В том числе и сентенции Уолда о том, что, мол, "не
собираемся размещать в Азербайджане ни
временные, ни постоянные базы", а
ограничимся "обменом опытом,
временным размещением мобильных
подразделений вооруженных сил США
и, наконец, обучением азербайджанских
военнослужащих, как это было в
течение полутора лет в Грузии". Военно-стратегические
цели более чем определены: очередным звеном
в "оси зла" является
Иран, и Азербайджан становится
их потенциальным заложником.
Вместе с тем стоит обратить внимание
на то, что эта политика олицетворяет
десятилетиями наработанные
атлантическим "Римом" военно-политические схемы.
Об этом свидетельствует не столь отдаленная
политическая история прошлого
века. После окончания первой мировой
войны перед США еще находились
усилившиеся, обогащенные репарациями
страны Антанты. Возникает задача
устранения европейских конкурентов
в борьбе за мировую гегемонию. И знаменитый
план Дауэса, опирающийся на американскую
финансово-экономическую поддержку,
способствовал быстрому
восстановлению германской экономики.
Крупнейшие американские монополии -
"Стандарт ойл", "Дженерал
электрик", "Дженерал моторс",
"Итернейшнл телеграф энд телефон компани",
"Форд", "Анаконда" и другие - проникали в
германскую промышленность с помощью
прямых капиталовложений.
В 1926 году при участии рокфеллерского банка "Диллон,
Рид и Ко" возникла вторая
по величине после "ИГ Фарбениндустри" промышленная
монополия Германии - "Ферайнигте штальверке",
возглавляемая королями железа и
угля - Тиссеном, Фликом, Вольфом,
Феглером и другими, сыгравшими решающую
роль в милитаризации германской
экономики. К концу 20-х годов американские
монополии при помощи инвестиций, займов
и картельных соглашений
стимулировали экономическое
развитие Германии, определив ее военную
ориентацию. Именно поддержка США
деятельности Германии в международных
картелях позволяла ей обходить условия
Версальского договора в области
ограничения производства вооружения.
Расчет оказался филигранным: начиная с
1933 года Европа оказалась
заложницей воинствующего германского национал -
социализма и родственных ему режимов,
жаждущих реванша. И лишь в мае 1944
года, когда европейское геополитическое
пространство полыхало всепоглощающим
огнем второй мировой войны и находилось
в развалинах, американцы появляются на
этом континентальном театре войны, добивая
сломленную военными поражениями
немецкую армию.
Так или иначе, порушенная
Европа, в частности, самая развитая в прошлом
ее западная часть превратилась в
вотчину нового мирового финансового и
политического центра, полностью
переместившегося за океан.
Но и после крушения берлинской
стены уже объединенная Европа все равно
зиждется на двух фундаментальных,
воистину исторических решениях: первое -
сохранение после 1945 года американского
политического и военного присутствия в
Европе, приведшее к созданию НАТО;
второе - опирающееся на идею двух великих
французов - Робера Шумана и Жана Монне,
предусматривающую создание новой
системы европейских государств, основанной
не на равновесии сил, а на интеграции
суверенных государств и их интересов, воплотившихся
в Римских договорах 1957
года, и возникновении ЕС.
Но если США уже мировая держава, то относительная слабость
экономического роста в Европе,
наличие демографической проблемы, политической
раздробленности и недостатка военной силы
еще не позволяют ей стать таковой.
Казалось бы, что моноцентристский глобализм в американской
интерпретации сохраняет прежние
ориентиры и после распада Варшавского блока
ему уже ничего не грозит. Тем не менее
Соединенные Штаты самым откровенным
образом стали демонстрировать
недавно совершенно новое понимание глобального
характера своей внешней политики. Европа
внезапно вносится в одну категорию с
Ближним Востоком, Китаем и Россией
- причем ей отводится в этом ряду отнюдь не
первое место. Следовательно, именно
Евразия имеет потенциал осуществления
ревизии американского понимания
глобализма. И каспийскую военно-стратегическую линию США, видимо,
следует
рассматривать в подобном контексте.
Но что в этом случае выигрывает Азербайджан, за исключением присовокупления
к статусу транспортно-энергетического придатка, еще и статуса регионального
заложника, в отличие от Европы, являвшейся некогда континентальным
заложником. Ну, что ж, масштабы действительно несопоставимы, но
вот суть одна и та же! А может, все-таки вслушаться в истину, высказанную
Виктором Калюжным, и решать проблемы Каспия по-семейному, без привлечения
посредников? Ведь действительно заяви Россия или иная держава о
наличии своих интересов в районе Великих озер, Белый дом мог бы
превратиться в Бледный.
|
Главная
точка
зрения 
