Денис Мацуев: "Ни у кого нет такой филармонии"
Всего один концерт дал в Баку лучший пианист современности
Д.АЛИЗАДЕ
 Дениса
Мацуева, молодого, но уже именитого музыканта, сегодня ставят в
первые ряды концертирующих пианистов. В Баку пианист приезжает уже
второй раз, его первое выступление здесь состоялась два года назад,
в рамках Дней российской культуры. Бакинский концерт Д.Мацуева состоял
из 3-го концерта для фортепиано с окрестром Сергея Рахманинова.
Денис Мацуев обладает
не только блистательной
техникой, но и ярким артистизмом.
Молодой пианист очаровал
публику виртуозным исполнением.
Бакинцы не хотели отпускать
его со сцены. На бис
Денис Мацуев сыграл джазовую
импровизацию в легком стиле.
Перед началом концерта
корреспонденту "Эхо" удалось побеседовать
с Денисои Мацуевым.
— Музыкой вы начали
заниматься с четырех лет. Это было решение родителей
или уже тогда были заметны
незаурядные будущие способности?
— Я думаю, что был обречен
на этот путь. Мои родители,
бабушка и дедушка - пианисты, в этом смысле
можно сказать, что
у нас сумасшедшая семья.
Мой папа был моим первым
педагогом, поэтому с детства уже была
нацеленность. Все в доме было
только о музыке и только про музыку.
А когда я подошел в три года к
инструменту и в точности повторил одним
пальцем ту мелодию,
которая прозвучала по телевидению,
они поняли, что у ребенка
есть слух, с этого все и
началось. Помню, что свой
первый концерт я дал в 9 лет.
До 15 лет я жил и занимался
в Иркутске. Потом
переехал в Москву.
— Музыка лишила вас
полноценного детства или...?
— Совсем наоборот. У меня
было нормальное, счастливое детство.
Потому что я был действительно
нормальным ребенком и ни в коем
случае не вундеркиндом или
гением, который сидит по десять часов
за роялем. Я играл в футбол, у
меня было много друзей. Я даже
сломал руку, играя в хоккей.
Естественно, какое-то
время меня заставляли заниматься,
но все было гармонично.
— Правда ли, что вы любите работать ночью?
— Увы, правда. Из-за этого постоянно были
большие проблемы с соседями. Я ночной человек.
В принципе больше двух с
половиной часов я заниматься не могу.
На мой взгляд, если кто-то
сидит за
инструментом больше трех
часов, то его мозг начинает
отключаться. Остается
только технический
аппарат, а это ни к чему
хорошему не приведет.
В день концерта я люблю
хорошенько поспать, поесть,
немножко погулять. Что я сегодня
и сделал в вашем гениальном городе.
— Какие сочинения вас, как исполнителя, вдохновляют?
— Так как мне сейчас 27 лет,
можно сказать, что в этом возрасте
легче всего выразить себя в
романтической музыке. Потому, что
романтическую музыку можно
играть тогда, когда ты ее можешь
играть, а не тогда, когда приспичило.
В этой музыке
ты можешь выразиться полностью,
и душевно и физически, ее нужно
брать кровью. При этом, конечно,
есть Шопен, Чайковкий, Рахманинов.
— Что для вас значит успех?
— Мнение публики для меня является очень
важным, если не сказать, самым главным.
Но крики "браво" и
"гениально", еще не значат, что у тебя был
гениальный концерт. К
успеху нужно относиться с иронией.
Бывает иногда прихожу после концерта,
на котором кричали "браво","бис", и родители
меня вызывают "на ковер"
и разбирают все по косточкам, а потом
говорят, что все ужасно и
отвратительно. Вот эта середина
и помогает мне. Для меня
мнение простого смертного слушателя
важнее, чем мнение профессионала.
Особенно это касается нашей
публики, она самая сложная.
— Вы много гастролируете, насколько отличается восприятие
публики в разных частях света?
— Конечно, она везде разная. Скажем, японская
публика хлопает очень тихо,
никогда не кричит "браво". Но
я ее уже приучил немножко к тому, что
пора перестраиваться, уже ХХI век.
— Имеет ли для вас значение, с
каким оркестром и дирижером приходится
выступать?
— Безусловно, имеет. Я переиграл
со многими оркестрами. С очень
хорошими и с не очень. Но
главное не имя оркестра или дирижера,
главное, чтобы у тебя был с
ними контакт. Вот основной успех
общего дела. Если ты
понимаешь дирижера, а он тебя, то
есть возможность для
импровизации. Вот сегодняшний пример. Я могу
с уверенность
сказать, что с Рауфом Абдуллаевым
мы с первого раза поняли друг друга.
Нам не
надо много репетировать.
Мы встречались в Москве. Для меня
это было приятное знакомство,
и я с радостью сюда приехал.
Ваш оркестр находится в очень хорошей форме.
Ну а от филармонии я просто в
восторге. Ни у кого нет такой филармонии.
— Как вы относитесь к популяризации классики, например, когда
Баха играют в эстрадной оранжировке?
— Отношусь нормально, я человек современный.
Главное, чтобы это делали те
люди, которые и классику играют
гениально. Допустим,
Ванесса Мей. Это бездарно
и отвратительно. Это
дурно пахнет. Во-первых, она ужасная
скрипачка, во-вторых, она
не профессионал. Она просто
занята шоу-бизнесом. Когда же
такие мастера, как
Спиваков или Башмет, берутся
за легкую музыку, то все получается
просто замечательно.
— В беседе с вами складывается
впечатление, что все
в вашей жизни гладко
и правильно, а были ли
провалы или поражения в
вашей творческой жизни?
— Ну, все мне об этом только
и говорят и спрашивают, ну когда же у вас
наконец-то будет провал.
Молодой и такой благополучный.
Мне даже журналисты прицепили
клеймо - "золушка с Байкала".
Да нет, не так все гладко
было.
— Правда, что ваш рояль "летает" вместе с вами?
— Дейсвительно, 70%
своих концертов я играю на своем рояле
японской фирмы YAMAHA, с которой
после победы в конкурсе
Чайковского я заключил контракт.
Для меня он дорого тем,
что последние 15 лет на нем играл
Рихтер. И те настройщики, которые
ездили с ним, сейчас работают и летают
со мной. У меня три инструмента
- в Америке, Европе и Азии.
— До вас доходили какие-нибудь слухи о вас самом?
— (Смеется). Каждый день, мне приносят
подборку прессы, где пишут обо мне,
особенно наша русская
желтая пресса. Это надо
просто почитать. Я вообще веселый человек.
Я могу ходить на светские мероприятия.
Вот и пишут всякое. Только появись с
кем-нибудь, сразу женят и
так далее.
— Завидный жених, до сих пор холостой.
— Я свободный художник.
— И долго будете "рисовать"?
— Я держусь изо всех сил. Это очень сложно.
|
Главная
культура
