Новруз МАМЕДОВ: "Если переговоры продолжаются, значит, свет
в конце тоннеля есть"
Завотделом по внешней политике аппарата президента Азербайджана
комментирует ситуацию вокруг урегулирования карабахского конфликта
Р.ОРУДЖЕВ
 12
мая, как уже сообщала наша газета, в Страсбурге состоится очередной
раунд переговоров по урегулированию карабахского конфликта на уровне
министров иностранных дел двух Азербайджана и Армении. Наряду с
этим пройдут и консультации личных представителей президентов двух
стран - Араза Азимова и Татула Маргаряна. Чего можно ожидать от
переговоров? На этот и другие вопросы вчера в беседе с журналистами
отвечал заведующий отделом внешней политики аппарата президента
Новруз Мамедов.
— Учитывая, что вы уже давно находитесь в
руководстве страны и являлись
свидетелем многочисленных переговоров
с армянской стороной, было бы интересно услышать,
насколько, с вашей точки зрения,
возможны подвижки на
предстоящих в Страсбурге переговорах?
— Отмечу, что, во-первых, я один
из чиновников аппарата
президента и таких, как я, чиновников здесь
много. Конечно, с точки зрения
отношения к международной политике
меня можно рассматривать в том
качестве, о котором вы говорите.
Вообще, говоря о процессе переговоров
между Арменией и Азербайджаном,
следует отметить его чрезвычайную
сложность. Хочу обратить внимание
на два основных направления
этого процесса. Первое наше
желание заключается в том,
чтобы армянская сторона правильно оценивала
происходящие процессы в мире,
в регионе и в самих двух государствах. Армения должна
выработать верную позицию,
которая способна будет в итоге привести к справедливому
решению конфликта. Это очень
широкая тема. Хочу сказать,
что в этом деле Армении предоставлены весьма большие
возможности, и, если с ее
стороны будет выработан здравый подход к проблеме,
мы сможем прийти к хорошему
итогу. Но, к сожалению, приходится
констатировать, что до сих
пор Армения придерживается
своих старых позиций. Исторически
руководители Армении во
главу угла ставили авантюрные
идеи и затем всеми путями пытались
добиться их воплощения.
Причем не обращается внимания
на связь с реальностью, на
то, есть ли какие-то объективные
предпосылки для таких идей, - это вообще
особенность армянских
политиков. К примеру, тема
"геноцида". Я уверен, что
она вообще не приносит Армении
каких-то дивидендов, однако на продвижение этой идеи
тратятся огромные усилия,
энергия. При этом дополнительный
вред наносится отношениям
Армении с ближайшими соседями.
В качестве примеров можно
привести также идеи о "Великой
Армении" или о "независимом
Нагорном Карабахе". Из этих рамок
армяне пока выйти не могут.
Другое направление усилий руководства Азербайджана
связано с тем, чтобы мировое
сообщество пришло к единому
справедливому отношению к этому
конфликту. Наши возможности велики,
и я так понимаю, что Азербайджан ведет правильную
внешнюю политику в этом направлении.
Если говорить конкретно о предстоящих переговорах,
я не могу сейчас раскрыть их содержание или отдельные
детали, но в общем могу отметить,
что до сих пор армянская
сторона была не в состоянии вести переговоры
с точки зрения здоровых рабочих подходов и категорий.
— Когда может состояться следующая встреча президентов
Армении и Азербайджана?
— Пока точной информации на этот счет нет. Если в
ближайшем будущем они
вместе примут участие в каких-либо международных
мероприятиях, я допускаю, что
такая встреча будет возможна.
— Были ли в Варшаве со стороны сопредседателей
Минской группы сделаны какие-либо
новые предложения по урегулированию карабахского
конфликта? И что конкретно
обсуждалось между президентами Алиевым и Кочаряном?
— О чем именно шли двусторонние
переговоры, я говорить не могу.
Позиция нашего президента заключается в том,
что проводить встречи ради встреч нет нужды.
И если переговоры продолжаются,
это означает, что какой-то свет
в конце тоннеля есть. Вы сами знаете,
что сразу после избрания и несколько
раз после этого президент И.Алиев
выражал свое конкретное
отношение к деятельности Минской группы и позиции
Армении. Президент полагает,
что сопредседатели должны отойти от видения своих
обязанностей как чисто наблюдательных и перейти
к реальным посредническим функциям. Посредническая
миссия, безусловно, отличается
от наблюдательной. В ее задачи входит правильно
оценить ситуацию, определить
ответственность конфликтующих
сторон и степень справедливости
позиций, занимаемых ими. Без всего этого
трудно понять позицию самой
МГ, а мы бы хотели, чтобы посредники она была справедливой
и объективной позицию.
— В прессе прошли сообщения, что во время летнего саммита
НАТО в Стамбуле будет обсуждаться
новая форма сотрудничества
альянса с нашей страной. В чем именно
будет выражаться изменение форм сотрудничества с НАТО?
— Пока что мне трудно сказать
что-либо определенное по
этому поводу. Обычно саммит
НАТО собирается с той целью,
чтобы подвести итоги проделанной
работы, определить планы
на будущее. Еще одной задачей
нынешнего саммита является
определение дальнейшей миссии
НАТО в мире и обсуждение
текущей международной ситуации. Об изменении форм
сотрудничества мы сможем говорить
только по итогам саммита. Где находится НАТО?
Преимущественно в Европе. А мы знаем,
что Европа сегодня переживает огромные изменения,
и, несомненно, они должны
коснуться и деятельности НАТО.
— Со стороны представителей президентского аппарата, в
частности с вашей и со стороны
вашего коллеги Али Гасанова, прозвучала критика в адрес
азербайджанской делегации в ПАСЕ,
не принявшей участия в голосовании
по вопросу присутствия в ПАСЕ делегатов
от Северного Кипра. Одновременно с этим глава
парламента Муртуз Алескеров
выразил одобрение действиям нашей
делегации. Не является ли это отражением каких-то
противоречий между двумя ветвями власти?
Или же это было просто выражение
частных мнений по данному вопросу?
— С одной стороны, это
действительно было выражением личных мнений
каждого из нас, однако, с другой
стороны, наши мнения связаны с теми ответственными
должностями, которые мы занимаем.
То есть свое видение проблемы каждый
изложил с позиций собственной
профессиональной ответственности.
Но вообще у меня вызывает сожаление, что этой ситуации
было уделено столь повышенное внимание. Я лично считаю,
что, как чиновник, все свои действия я
должен сообразовывать с национальными
интересами Азербайджана. А государственные
интересы Азербайджана, как дипломат,
я должен защищать, наблюдая за происходящими
процессами и оценивая их с той точки зрения, какие
последствия они могут принести в будущем
моему государству и моему народу.
Я обязан приходить к верным выводам. С этой
точки зрения я и высказал свое
отношение к создавшейся ситуации. И я так понимаю,
что иные мнения, прозвучавшие на эту тему, были сделаны
ответственными лицами, исходя
из оценки ими случая в ПАСЕ, требований сегодняшнего дня
и будущего, а также исходя из оценки межгосударственных
отношений. И делали они это, исходя из своего понимания
и своих возможностей, этим объясняются
различия в нашем отношении к проблеме. Эти
процессы не настолько просты. И эти заявления были сделаны,
чтобы не было необходимости возвращаться к их обсуждению.
Я не думаю, что этот случай способен испортить отношения
между Турцией и Азербайджаном. Просто к таким темам нужно
подходить с осторожностью. Надо учитывать, что в Турции
реально существуют определенные силы,
заинтересованные в открытии границ с Арменией. И для этого они,
обладая финансовыми возможностями,
через прессу пытаются поссорить нас с Турцией.
— В начале года президент И.Алиев
выступил с предложением о демилитаризации
Каспия. На днях, комментируя этот вопрос,
замминистра иностранных дел
РФ Виктор Калюжный заявил, что разоружение прикаспийских
государств может только оказаться
на руку террористам. Не изменилась
ли за последнее время позиция
руководства Азербайджана в этом вопросе?
— Нет, в связи с этой проблемой
позиция Азербайджана
остается неизменной. Мы считаем, что
и в самом деле превращение Каспия в демилитаризованную
зону способно значительно усилить добрососедские отношения
сотрудничества между всеми странами этого региона. Если
взглянуть сегодня на уровень вооруженности приморских
государств, то видно, что у кого-то вообще нет каких-то
видов вооружений, а у кого-то их переизбыток.
Такая ситуация не способствует взаимному доверию. Если у
прикаспийских государств существует единая цель -
достижение полного взаимопонимания,
братства и сотрудничества,
тогда вполне логичным выглядит
избавление в будущем от всех
вооружений на море. А сама идея разоружения
была и остается одной из ведущих категорий
в международной политике. Несмотря на окончание "холодной
войны", она не потеряла своей
актуальности и до сих пор служит методом достижения
взаимопонимания между государствами.
— Какие визиты президента в зарубежные страны
ожидаются в ближайшем будущем?
— В середине этого месяца состоится визит И.Алиева в Брюссель.
После этого, через небольшой промежуток времени, состоится визит
в Украину по приглашению президента Кучмы.
|
Главная
политика
