Большая история - глазами маленького человека
Об этом повествует второй роман писателя Таира Али "Идрис-мореход"
Д.ТАЛЬСКАЯ
 "Помните,
великого француза спросили: "Что вы делали, пока Робеспьер
рубил головы, Фуше устраивал погромы, а Мирабо произносил речи?"
- "А я жил," - ответил француз". Эти слова одного
из героев Юлиана Семенова о героях книг Таира Али.
Наверное, он, пришедший в литературу
уже тридцатилетним, со своим первым
романом "Ибишев" - о маленьком
человеке из предместья, который просто
пытался жить "в интересное время".
Он не ставил перед собой великих целей,
не хотел переделать мир -
он просто пытался жить.
"Идрис-мореход", второй роман
Таира Али, - это уже литература
иного порядка.
Но не так уж часто ее главному
герою - сыну удачливого пекаря
из Ичери шэхэр
Идрису Халилу приходится на ее
страницах совершать морское путешествие.
И, в отличие от Синдбада-морехода,
его повествование не будет похоже на
сказки из "Тысячи и одной ночи".
В самом начале Идрис Халил, получив
свою долю отцовского наследства,
отправляется
в Стамбул изучать европейскую
литературу и поэзию. Но тот
жестокий черноморский
шторм, который предстоит пережить
ему на борту парохода, отправляющегося
из Батума в Стамбул, - это лишь
легкая прелюдия к бурям Истории.
Первая мировая, распад
двух империй, рождение
и смерть первой Азербайджанской
Демократической Республики -
на все это читатель смотрит глазами
поэта Идриса Халила. Чей
жизненный путь пройдет
через Батум и Стамбул,
остров Пираллахи и Баку, Гянджу и Синоп.
Идрис Халил предстает на ее
страницах и бедным студентом,
и подпольщиком - членом неизвестной
организации, во главе которой стоит
стамбульский купец Хайдар эфенди,
и солдатом, и даже тюремщиком...Читатель
узнает о его "запретной любви"
к "мадам Стамбулиа" - жене Хайдара эфенди,
о Ругии ханым, так и не ставшей
матерью его детей, и Фатиме, которую он
привез в дом на остров Пираллахи...
Как отмечают литературные критики,
стиль прозы Таира Али, скорее, восходит
к произведениям Фолкнера и Джойса,
чем классических канонов советской,
российской или азербайджанской прозы.
Великие исторические события глазами
маленького человека - этот литературный
прием используется даже в фэнтезийных
романах Тома Клэнси, где рядом
с президентами, их советниками, главами
разведок и т.д. обязательно
присутствуют дорожный полицейский, воспитательница
детсада или больничная медсестра -
люди, которые, может быть, и не занимались
большой политикой, но в какой-то момент
большая политика занялась ими...
Но "Идрис-мореход" - это нелегкое
чтиво и не семейный роман с пикантно-острым
"историческим гарниром". Повествование
перемежается цитатами из священных
книг и ненаписанной поэмой самого Идриса
Халила, здесь - и философские
размышления, и семейные предания: повествование
ведется от лица внука Идриса-морехода.
На страницах книги - и сын Идриса
Халила, музыкант, который уже потом,
в новую эпоху перемен, похоронит
в дачном саду свою кеманчу, и его
внук, который и расскажет читателям
о том, как замкнулся круг,
и потомки Идриса Халила вновь купят пекарню
- очень похожую на ту, что была у его отца.
В этой книге переплетено слишком многое: это и семейная история
наследников удачливого пекаря из Ичери шэхэр, и мистическое предначертание
судьбы, и та жестокая, бурная эпоха, подробности которой мы узнаем
и постигаем только теперь. И, наверное, каждый читатель найдет что-то
свое в этой книге, пересказывать которую - труд излишний и неблагодарный.
Ее надо прочитать, погружаясь в атмосферу стамбульских кофеен и
разбитых дорог, окруженного со всех сторон морем острова Пираллахи
и запруженных народом бакинских улиц, вчитываясь в тончайшую игру
слов, намеков, оттенков, где даже опавшие листья в саду - это символ,
значение которого надо еще постичь.
|
Главная
культура
