Глобальный вызов требует глобального ответа
Низами САФАРОВ,
заведующий отделом административного и военного законодательства
аппарата Милли меджлиса АР, кандидат юридических наук, эксперт подразделения
по предупреждению терроризма Управления ООН по контролю над наркотиками
и предупреждению преступности
 События
11 сентября 2001 года в США, а также последовавший вслед за этим
всплеск террористической активности на территориях России, Испании,
Турции и других стран опрокинули существовавшие до тех пор представления
о терроризме как одном из видов преступной деятельности, а также
применявшихся механизмах борьбы с ним. Изменение методов и средств
организованного терроризма, катастрофические последствия терактов,
сопряженные с нанесением колоссального материального ущерба, гибелью
сотен и тысяч людей, нарушением деятельности систем жизнеобеспечения
государства, на территории которого совершается преступление, наглядно
продемонстрировало, что мир столкнулся с совершенно новой угрозой,
по своим параметрам сопоставимой с локальными вооруженными конфликтами.
Только в 2003 году в мире произошло более 3000 терактов, в результате
которых погибли 7500 человек, причем на прошлый год пришелся пик
активности террористов начиная с 1991 года. Цинизм преступников
дошел до предельных величин и объектом терроризма становятся самые
мирные объекты - школы, места досуга населения и т.п.
К сожалению, терроризм начала ХХI века
пустил глубокие корни и его угроза витает
над такими сферами жизни современного
общества, которые на первый взгляд не
имеют ничего общего с этим явлением.
Например, только для обеспечения
безопасности Олимпиады в Афинах была
затрачена рекордная за всю историю
олимпийского движения сумма - 1,2 млрд.
долларов, из которых 320 млн. долларов
ушли на закупки новейшего высокотехнологичного
оборудования специального назначения. Впервые
в мировой практике Международный олимпийский
комитет застраховал игры на 170 млн. долларов.
Нельзя не видеть и качественного
изменения террористической деятельности.
Терроризм одиночек трансформировался в
терроризм высокоорганизованных преступных
групп, использующих новейшие технологические
достижения, обладающих различными
видами оружия большой разрушительной
силы, склонных к серьезной кооперации
в рамках международной транснациональной
преступности. Однако самая большая
опасность современного терроризма,
превратившегося в угрозу политическим,
экономическим, социальным основам общества,
заключается в том, что он стремительно
шагнул за пределы национальной юрисдикции
преступников, которые чувствуют себя
крайне вольготно за тысячи километров
от своей родины. Вряд ли будет большим
откровением, если мы скажем, что система
противодействия террору, которая
использовалась международным сообществом
за последние 50 лет, в современных
условиях оказалась по существу
несостоятельной. Как показало развитие
событий, терроризм эволюционизировал
гораздо быстрее, нежели система борьбы
с ним. Парадоксально, но до сих пор
в международном праве не существует
общеприемлемого для государств
определения терроризма, хотя и первые
попытки подобного рода датируются
еще 1937 г., когда Лигой наций была
разработана Конвенция о предупреждении
и пресечении терроризма. Несмотря на то,
что она была подписана 24 государствами,
Конвенция не набрала необходимого количества
ратификаций и не вступила в силу. Хотя
и в период после второй мировой войны
только в рамках ООН были приняты 11 международных
конвенций по борьбе с терроризмом, и ряд
протоколов к ним универсально приемлемой
дефиниции терроризма выработать так и не
удалось. Комиссия международного права
ООН в рамках работы над проектом преступлений
против мира и безопасности человечества
также попыталась дать определение
международного терроризма, предусмотрев в
статье 24 в качестве такового "совершение,
организацию, содействие осуществлению,
финансирование или поощрение актов,
которые направлены против лиц или
собственности и которые по своему
характеру имеют целью вызвать страх
у государственных деятелей, групп
населения в целом". Однако это
определение подверглось критике
со стороны многих государств и не
встретило общей поддержки.
В современном юридическом обороте
фигурирует до 200 определений терроризма.
Отсутствие общепринятой дефиниции в
числе других явилось ключевым фактором,
не позволившим включить терроризм под
юрисдикцию Международного уголовного
суда во время принятия его устава
на дипломатической конференции в Риме
в 1998 году, хотя и многие государства
высказались в поддержку такого предложения.
Лишь после терактов в США в рамках ООН
была начата разработка глобальной Конвенции
о борьбе с терроризмом, в ходе которой
наконец-то были начаты серьезные работы
для определения состава действий,
охватываемых дефиницией данного
преступления. Определенные надежды
на серьезные подвижки в данном вопросе
связаны с принятием Рамочного решения
Европейского Совета от 13 июня 2002 г. о
борьбе с терроризмом, ориентированным
на противодействие террору посредством
уголовно-правовых средств, который впервые
предусмотрел дефиницию тех деяний,
которые квалифицируются как акты
терроризма.
В то же время существующая практика борьбы
с террором далека от совершенства. Мир, к
сожалению, не научился относиться к терактам
с позиций равных стандартов. Имеют место
случаи преследования лиц, принадлежащих
к определенным национальным группам, причем
иногда это напоминает ситуацию массового
психоза.
Между тем преследование и наказание
террористов должны осуществляться вне
зависимости от их гражданства, национальности,
религии, мотивов преступной деятельности, и
именно подобный подход должен являться
ведущей доминантой организованного противодействия
террору. В противном случае очаги международного
терроризма в различных точках земного шара
загасить не удастся.
Серьезнейшей проблемой в связи с
ведущейся борьбой с терроризмом
является урегулирование региональных
конфликтов и борьба с сепаратизмом. Вряд
ли будет большим откровением, если мы
отметим, что существует тесная и
прямая связь международного терроризма и
сепаратизма. Территории, которые контролируются
сепаратистами, как это имеет место в
Нагорном Карабахе, лучшая питательная
среда для подготовки международных
террористов.
Современный подход к борьбе с терроризмом
должен охватывать комплексное использование
программных, организационных и финансовых
мер, опираться на развитую информационную
базу данных о террористических группах
и террористах-одиночках, основываться на
эффективном национальном законодательном
регулировании и международно-правовых
актах. Важнейшая задача - подготовка
высококвалифицированных кадров
в сфере противодействия терроризму,
причем не только сил специального
назначения, но и не менее важных и
нужных специалистов - психологов,
специализирующихся на изучении поведения
преступников вообще, и террористов
в частности; переговорщиков, основная
роль которых заключается в налаживании
контакта с преступниками и ведении
с ними переговоров. Принципиальное значение
имеет осуществление стратегического
планирования в борьбе с терроризмом,
представляющего собой системный анализ
возможных террористических угроз и
предполагающего превентивные меры
воздействия. К сожалению, зачастую борьба
с террором является реакцией на произошедшие
преступления, между тем как более
важно предупредить саму возможность
совершения подобных акций.
Превентивный подход, основанный на
своевременном выявлении и предупреждении
террористических угроз, нейтрализация
преступников на стадии планирования и
подготовки терактов - именно это
должно находиться в центре внимания всей
системы борьбы с терроризмом. Уголовная
ответственность и наказание террористов
при всей их важности являются лишь
последующей реакцией системы национальной
уголовной юстиции на произошедшие события,
между тем как недопущение преступлений
- более важная часть борьбы с
терроризмом.
Одной из наиболее значимых проблем
в сфере противодействия терроризму,
который самым оживленным образом дискутируется
в основном на страницах западных академических
изданий, является обеспечение оптимального
баланса между защитой публичных интересов
в борьбе с преступностью и гарантиями
прав человека. Функционирование системы
уголовной юстиции, призванной вести
борьбу с преступностью и такими ее
опасными проявлениями, как терроризм,
предполагает использование методов,
связанных с вторжением в такую
сферу как права человека.
При этом проблема заключается не
столько в том, следует ли применять
к террористам меры государственного
принуждения, сколько в определении пределов
и условий использования подобного принуждения.
Вряд ли можно подвергнуть сомнению тот
постулат, что государство должно бороться
с преступностью с применением методов и
средств, a priori предполагающих их
законность.
В любом случае необходимо иметь в виду, что борьба с терроризмом
предполагает объединение усилий всего сообщества государств, и только
таким путем может быть достигнут ощутимый прогресс в "третьей
мировой войне" - войне с терроризмом.
|
точка
зрения
