"Кесо и Морито"
состоялась первая премьера спектакля, поставленного по Акутагаве
А.ГАДЖИЕВА
Сдали нервы главного режиссера болгарского
Государственного театра пантомимы после просмотра
творения своих коллег. И не смог удержаться от
восторженных порывов и направился прямиком к
Бахтияру Ханызаде. "Чтобы привлечь зрителей, я
раздел на сцене всех своих актеров. Вам же
удается удержать внимание зрителя, и не раздевая
актеров!", - прокричал режиссер болгарских мимов.
В истории азербайджанского Театра пантомимы
подобные "срывы" частенько происходили с их
коллегами. И Бахтияр Ханызаде привык к тому, что
слава ходит по пятам каждой его постановки.
Преследует слава и всех его актеров. За десять
лет своего существования многое изменилось в
театральном репертуаре, преимущественно
изменения коснулись качества работ, а не
количества, а также - в кадрах. Кстати, и сам
Бахтияр Ханызаде в преддверии юбилея отметил, что
в последнее время режиссер в нем заметно
посерьезнел. Но не сознательно он перешел к
серьезным произведениям. Просто решил отойти на
некоторое время от развлекательного жанра, так
как считает, что "Нагарачылар", который, кстати,
в Голландии назвали "бриллиантовым номером", -
еще не конечная ступень роста.
По Шейху Аттару театр осуществил постановку на
тему из суфийской философии - "Учуш", по
фельетону Узеира Гаджибекова был поставлен
"Дулузчу". А "Эшг", поставленный по сонетам
Шекспира, и вовсе отличается от всего, что было
до сих пор в репертуаре театра. Актеры и режиссер
английского Театра пантомимы, будучи в Баку на
гастролях, кстати, тоже со спектаклем,
поставленным по сонетам Шекспира, пожелали
увидеть "Эшг" для сравнения. Чопорные англичане
даже не пытались сдерживать свой восторг. Они так
и сказали - "Это высший уровень пластики!"
Конечно, статус государственного сыграл свою
положительную роль в истории азербайджанского
Театра пантомимы. Творческую мастерскую иной раз,
может, и томит тот "план", который "нужно"
сдавать за год Министерству культуры. Но Бахтияр
Ханызаде и к этому вопросу подходит философски.
"Сколько требуют, столько и сдаю. Но есть еще и
работа для души..."
Именно такой - душевной - стала последняя
постановка театра. По утверждению художественного
руководителя азербайджанского Государственного
театра пантомимы, заслуженного деятеля искусств
Бахтияра Ханызаде, бывают спектакли, на
постановку которых у него уходят годы. "Около
трех лет я работал над постановкой новеллы
Акутагавы. Каждый раз, когда спектакль почти
готов, мне что-то не нравится... Я чувствую, что
чего-то не хватает...". И все-таки на сцене
Театра юного зрителя Театр пантомимы отыграл
первую премьеру "Кесо и Морито". Спектакль
поставлен по мотивам рассказа известного
японского писателя Акутагавы Рюноске. Главные
роли исполнили Наргиля Гарибова и Гурбан Масимов.
Последний также принял участие в художественной
постановке спектакля.
Неудивительно, что на постановку произведения
Акутагавы, признанного непревзойденным мастером
короткого рассказа, традиции которого имеют в
Японии глубокие и древние корни, у Бахтияра
Ханызаде ушло так много времени. Японский
неореализм в азербайджанской режиссуре
действительно стоит того, чтобы не жалеть
времени и сил. Спектакль повествует о
взаимоотношениях мужчины и женщины. Кстати,
многие критики рассказы Акутагавы на эту тему
относят ко времени, когда он пребывал в
душевной депрессии из-за любовной истории,
трагично окончившейся, и потому стремился
отвернуться от действительности, окунуться в мир
древности.
Относительно своего пристрастия к изображению
прошлого Акутагава говорил: "Душа человека в
древности и современного человека имеет много
общего. В этом все дело". Поэтому в древности он
искал аналоги поступков, мыслей, психологии
современных ему людей. Вообще же критики
разделили на три периода сюжеты из прошлого
Акутагавы: XII в., когда древняя столица Японии
Киото оказалась во власти множества несчастий,
конец XVI в. - эпоха сильного влияния и
распространения христианства в Японии и начало
эпохи Мэйдзи - период просветительства.
Литературные критики также находят, что Акутагава
нередко обращается к теме эгоизма. В новеллах
Акутагавы эгоизм не был проблемой, касающейся
личности, как таковой. Он показал эгоизм как
острую проблему общества в целом, как
"государственный эгоизм Японии".
Акутагава покончил с собой 24 июля 1927 г., приняв смертельную
дозу веронала. Его самоубийство шокировало друзей и знакомых, но
не стало для них чем-то неожиданным. Никто так и не узнал истинной
причины его смерти.
|
культура
