Еще раз о прозрачности и эффективности
И.АХМЕДОВ, Директор Центра мониторинга общественных финансов
Сегодня в Азербайджане активизировалась работа в области небезызвестной
инициативы премьера Великобритании Тони Блэра в отношении прозрачности
добывающего сектора. Последовательные англичане активно внедряют
процедуру обнародования платежей всех без исключения добывающих
компаний, параллельно приглашая государства опубликовать доходы,
полученные в этой сфере. Сверка этих данных, по идее, должна сделать
прозрачной как деятельность компаний (местных и иностранных), так
и правительства.
Не исключено, что первый такой отчет появится уже скоро. Во
всяком случае госкомиссия во главе с Самиром Шарифовым делает
для этого все возможное. Подтверждает это и прошедший на днях
"круглый стол" с участием НПО, послов Великобритании и
Норвегии,
а также представителей добывающих компаний в Азербайджане. На
этой встрече впервые были продемонстрированы форма и механизм
отчетности.
Это можно расценить как шаг вперед. Радует и готовность
подключиться к этой инициативе иностранных нефтяных компаний,
еще недавно отказывавшихся открыть коммерческую тайну. Что же до
нашей ГНКАР, то ей, также включенной в эту инициативу,
необходимо будет обнародовать платежи государству, причем как в
части своей доли в рамках нефтяных контрактов, так и в
традиционной, местной добыче.
Как будто бы появляется прецедент, который может стать
заслоном на пути разного рода манипуляций с государственными
средствами.
Только вот не покидает
мысль, что мы
так до конца и не выяснили: где
пытаемся обеспечивать
прозрачность, а где ищем варианты эффективного развития.
Нефтяной сектор и прозрачность
Все или почти
все эксперты считают, что образовавшиеся в
рамках нефтяных контрактов доходы правительства, подавляющая
часть которых сконцентрирована в государственном нефтяном фонде
(ГНФАР), необходимо расходовать прозрачно. Что же касается
нефтяной экономики (в нашем случае это ГНКАР), то здесь, как и
во всей экономике, основной упор делается на эффективное ее
развитие и, как в классической схеме утверждается, что именно
эффективное функционирование отечественной нефтяной экономики в
конечном итоге может дать еще больший объем нефтяных доходов.
В сложившихся условиях, по-моему, есть смысл переставить эти
акценты и добиваться прозрачности там, где это наиболее
необходимо.
Флагман отечественной нефтяной
индустрии - ГНКАР - пока не очень
поддается серьезным реформам. Как типичное старое
предприятие, да еще и естественный монополист, она по-прежнему
отягощена старым управленческим, технико-технологическим и
финансовым балластом, от которого не так-то просто освободиться.
Попыток реформировать этого одного из последнего советских
,.#(* -(- было множество. Самый свежий пример - указ президента
Гейдара Алиева "Об усовершенствовании структуры Государственной
нефтяной компании Азербайджанской Республики", подписанный
еще
в январе 2003 года. Этим указом была изменена структура
компании и рационализированы ее внутренние подразделения.
Судя по новым названиям и объединениям отдельных структур
компании, вполне можно было бы ожидать более мобильной работы и
постепенного превращения монополиста в нормальную рыночную
структуру. Но, к сожалению, этого не происходит до сих пор.
Финансовые взаимоотношения ГНКАР с другими монополистами ТЭК -
"Азерэнержи" и "Азеригаз" - по-прежнему строятся
"на честном
слове", а взаимные задолженности между ними существенно не
изменяются. Ценовые пропорции здесь таковы, что государству
приходится постоянно регулировать их взаимоотношения
преимущественно административными рычагами. И потому в
бухгалтерии ГНКАР сам черт ногу сломит и совершенно
справедливо, что ни одна уважающая себя аудиторская компания не
берется производить здесь проверку. Иногда дело доходит до
курьезов. Известные международные аудиторские компании, проводя
аудит, дают лишь формальную отчетность и концентрируют свой
отчет на международных обязательствах компании, по кредитам, в
целом не ставя свою подпись под документом. Правда, деньги за
аудит они брать не отказываются.
Потому добиваться в этих условиях полной прозрачности здесь,
все равно что искать иголку в стоге сена. Но справедливости
ради укажем, что руководство ГНКАР бессильно что-либо изменить.
Стандарты единой бухгалтерской отчетности - прерогатива
Министерства финансов и в целом правительства, а они не
торопятся. Некоторые, более инициативные руководители, такие,
как глава Нацбанка и того же ГНФАР, не дожидаясь общего
перехода, внедрили в своих ведомствах международную
бухгалтерию. Но ведь новым организациям, особенно таким, как
Нефтяной фонд, сделать это не составляет особого труда. Куда
труднее сделать это в естественных монополиях, особенно в
ГНКАР.
Так о какой прозрачности мы говорим? И где нам нужна
прозрачность? Ведь прозрачность ГНФАР существует. Периодическая
аудиторская проверка компанией Ernst & Young, ежеквартальная
отчетность руководства фонда перед общественностью в
совокупности с подробной веб-страницей не дают оснований
подозревать фонд даже в попытках непрозрачного расходования
денег. Чего не скажешь о ГНКАР.
А мы вместо того, чтобы сконцентрировать внимание на более
непрозрачном звене образования нефтяных доходов - ГНКАР, в
основном говорим о необходимости повышения эффективности этой
компании.
А в такой ситуации на
это вряд ли можно рассчитывать. Оценка эффективности как
экономической категории также базируется на ясной финансовой
отчетности. Если до конца не ясно, какова рентабельность ГНКАР
и каков объем прибыли этой компании, то и говоря о росте
эффективности, мы, мягко говоря, лукавим.
Вот почему объектом прозрачности в наших условиях должен быть
не ГНФАР, а ГНКАР. И все усилия (НПО, правительства,
международные финансовые организации и пр.) должны быть
сконцентрированы именно здесь. Думаю, реально работу в этом
направлении можно будет считать начавшейся, когда ГНКАР в
рамках комиссии EITI представит свой первый отчет о платежах
государству. Только вот насколько можно доверять этим цифрам,
зависит от расторопности правительства в деле внедрения в стране
новой системы бухгалтерии.
Нефтяные доходы и эффективное их использование
С самого создания ГНФАР стал объектом пристального
внимания именно в контексте прозрачности. Столь большой лакомый
кусок не может не волновать и общественность, и международные
организации. А между тем, в силу вышеназванных факторов, как раз
по поводу прозрачности здесь особо волноваться не следует.
Созданная вокруг фонда инфраструктура вряд ли даст сбой.
Проблема здесь другая. Именно в фонде нужно сфокусировать
внимание вокруг эффективного расходования нефтяных доходов. Ныне
руководство фонда, судя по всему, придерживается курса
максимально консервативного управления средствами, справедливо
предпочитая политику малых доходов при надежных вложениях. Что
же до низкой доходной ставки, то можно лишь сетовать на
неблагоприятную конъюнктуру на международном валютном и фондовом
рынках. Но так долго продолжаться не может. Не можем мы себе
позволять такую роскошь, когда нефтяными деньгами будут
управлять преимущественно за рубежом, пусть даже
профессиональные инвестиционные компании. Рано или поздно
придется начать серьезные вливания в собственную экономику, что
в принципе уже имеет место. Фонд начал и продолжает
финансировать отдельные проекты на основе известных указов главы
государства. Кроме того, вот уже второй год через госбюджет
расходуется более 100 млн. долларов - и это немало. А если
учесть, что уже к 2007 г. размер трансфера НФ в госбюджет
превысит 180 млн. долл., то есть о чем задуматься.
Кто решил, что именно такой объем средств ГНФАР должен
расходовать через госбюджет? На какой макроэкономической оценке
и прогнозах основывается подобная динамика? Кто-нибудь хотя бы
приблизительно просчитал отрицательное влияние расходования
нефтяных денег во внутренней экономике? И, наконец, кто-нибудь
просчитал корреляцию нереального курса национальной валюты и
наличие в обороте экспортной валютной выручки от нефти?
Как-то модно стало в этом контексте оперировать известной
"голландской болезнью" и спорить , заразились мы уже ею,
или
нет. А между тем болезнь-то эта совсем иная. Та болезнь,
которая была свойственна Голландии, а затем Норвегии, осталась в
истории. Ныне условия совершенно иные.
Да и мир изменился. В условиях глобализации и стандартных
рецептов МВФ, странам особо выбирать не приходится. Так что
болезнь эта - не совсем голландская. Раз так, то и лечить ее
нужно по-другому. А поскольку мы еще не знаем что это за
напасть, нужно начать с диагноза. Это серьезная работа - на
перспективу. Но без этого никак нельзя. Не исключено, что,
изучив этот новый феномен, мы и другим подобным странам могли
бы помочь.
Исходя из этого, прежде всего ГНФАР должен сконцентрировать
внимание на разработке альтернативных моделей эффективного
расходования средств. Однако фонд в этой области пока
мало чем может похвастаться, да и потенциала его все-таки
недостаточно для подобной масштабной работы. Может быть, это -
как раз тот случай, когда можно объединить все усилия и под
эгидой правительства разработать программу макроэкономической
оценки эффективного расходования нефтяных доходов. Ведь теперь
уже окончательно ясно, что Азербайджан обречен строить свою
перспективную макроэкономическую политику на базе разработки
модели эффективного расходования нефтяных доходов.
|
Главная
экономика
