Посткоммунистическая Европа: тернистый путь к энергетическому
рынку
Страны Центральной и Восточной
Европы первыми из социалистического лагеря
окунулись в рыночную яму, испытав шоковую
терапию в буквальном смысле этого слова.
Естественно, это создало неимоверные
проблемы, причем преимущественно
социально-психологического свойства.
Однако в конечном итоге, спустя несколько лет, наградой
стало формирование относительно
сбалансированного рыночного хозяйства, в котором
энергетическому сектору принадлежала
особая роль.
Поскольку успешная приватизация энергосектора
была одним из условий вхождения
стран этого региона в Европейский союз,
реструктуризацию ТЭК следует рассматривать
именно в данном контексте. В соответствии
с требованиями страны-претенденты должны
были провести комплексное реформирование
ТЭК, предусматривающее адаптацию
национального законодательства к
нормам и стандартам ЕС; реструктуризацию,
либерализацию и приватизацию. Большинство
стран-претендентов приватизировало свои
компании-монополисты в электроэнергетике
и нефтегазовой сфере, поскольку это было
наиболее приемлемым вариантом реформирования.
Реформа газовой отрасли
Венгрия - явный лидер. Венгрия была
лидером в реструктуризации энергосектора
среди стран-кандидатов в ЕС из
Центральной и Восточной Европы. Компания MOL -
монополист в нефтегазовом секторе
Венгрии - образована в 1991 году и за прошедшее
время значительно реформирована.
Национальное законодательство предписывало
необходимость оставить за государством
в компании не менее 25% плюс одна акция.
После того как были осуществлены
необходимые изменения в законодательстве, с 1993
года началась продажа акций MOL инвесторам
и муниципалитетам и их обмен на ваучеры
населения. Уже к 2000 году доля государства
в MOL снизилась до 25%, а в большинстве
из шести крупнейших региональных
газораспределительных компаний (ГРК) составила
менее 1%. Финалом десятилетней программы
приватизации явилось намерение
правительства Венгрии продать оставшиеся
25% акций MOL в последующие два года.
Значительную часть из более 17 млрд.
долларов прямых инвестиций Венгрия привлекла в
энергосектор. В соответствии с
законодательством страны в энергетике был создан
независимый регулирующий орган - энергетическое
бюро, в задачу которого входило
решение вопросов транспортировки и
распределения газа, а также лицензирование.
Однако регулированием цен в стране продолжало
заниматься правительство. Такая
ситуация негативно влияла на реформирование
газового сектора и была законодательно
изменена в конце 2001 года. В 1998 году
цена газа для населения превышала 120
долларов, а для промышленных потребителей
составляла примерно 110 долларов. В июле
2000 года правительство Венгрии не
удовлетворило прошение MOL о 40-процентном
повышении цен на газ, предписав их увеличение
только в 2001 году и лишь на 12%. Из-за
того, что цены на газ для потребителей
не соответствуют их реальной стоимости, потери
MOL в 2000 году составили 257 млн. долларов.
Польша - отставание от лидера. Польская
госкомпания POGC вплоть до 2000 года
занимала монопольное положение в газовой
сфере. Начиная с 2001 года стала поэтапно
осуществляться ее приватизация, которая
закончилась только к 2003 году. Крупнейшими
инвесторами в польскую энергетику являются
французские компании Electricite de France
и Gaz de France (GdF). Последняя инвестировала
до 0,8 млрд. евро в газовую отрасль
Польши на протяжении 3-4 лет. Компания
GdF совместно с другими закончила
строительство крупнейшего в Западной
Европе хранилища газа. GdF и POGC создали СП
для работы в этой сфере (планировалось, что
каждая из компаний будет иметь по 49%
акций в СП, оставшиеся 2% акций будут
проданы польским инвесторам). За последние
годы в Польше цены на газ значительно
возросли. Так, в 1998 году они составляли: для
населения - 212 долларов за 1000 куб.м газа;
для различных промышленных потребителей - 125-165
долларов. Приоритетным направлением
реорганизации газового сектора являлась
диверсификация источников поступления
газа в республику. Так, в июле 2000 года был
подписан договор о намерениях с Норвегией о
поставках газа из этой страны через четыре
года (планировалось строительство газопровода
через Балтийское море суммарной
пропускной способностью до 10 млрд.
куб.м в год; поставки в Польшу составили только 5
млрд. куб.м); до пуска нового газопровода в
Польшу норвежский газ в небольших
количествах поступал через Германию.
Следует отметить, что отставание в
реструктуризации газового сектора чуть
не стало причиной задержки вступления Польши
в ЕС. Еще в 2000 году Польша обратилась в
ЕС с просьбой о предоставлении
дополнительного времени (два года)
для реализации газовой директивы ЕС
(либерализация 20% газового рынка в
2000 году; 28% - до 2003 года; 33% - до 2008
года).
Чехия - сбои на полпути. На протяжении
нескольких последних лет страна
демонстрировала значительные успехи
в сфере либерализации и дерегуляции газового
рынка. В мае 1999 года было объявлено о
приватизации региональных ГРК (их количество
намечалось уменьшить с восьми до пяти) и
госмонополиста в нефтегазовой сфере - компании
Transgas, которую планировали трансформировать
в холдинг уже в этом году
путем продажи 49% акций инвесторам.
Приватизация газораспределительных компаний
проходила более сложно. Сменяющиеся
правительства то предлагали увеличить долю
государства в этих уже частично
приватизированных компаниях (путем покупки до
40-50% акций) с последующей продажей
стратегическому инвестору от 33 до 49% акций
таким образом укрупненной компании Transgas,
то отменяли этот план. На сегодня
укрупнение компании Transgas отменено,
что обнадеживает инвесторов. Процесс
приватизации был осложнен и рядом
других проблем.
Одна из сложностей реформирования
Transgas была вызвана тем, что эта компания
заключила два долгосрочных договора
(контракт типа "бери или плати") на полное
обеспечение страны газом. Приход на
газовый рынок иностранных компаний с
собственным газом мог привести к разрыву
долгосрочных договоров, и государство было
бы вынуждено платить неустойку. Другая
проблема приватизации - рост безработицы не
только в энергосекторе, но и в связанных с
ним сферах. Кардинальное повышение цен на
газ и электроэнергию для создания условий
рентабельности предприятий ТЭК являлось
частью плана дерегуляции энергетического
рынка. Так, с 1 января 2000 года
правительство радикально подняло цены
на энергоносители. Наибольшее повышение цен
коснулось потребителей (населения), которые
используют менее 180 куб.м в год, - для них
цена возросла на 25,2% - до 220 долл. за
1000 куб.м. Для потребителей с расходом 181-900 м3
повышение составило 8,2% (174 долл. за 1000 куб.м),
а при объеме потребления 900-6000 м3
- 14,9% (141 доллар). Подобным образом
были повышены цены и на электроэнергию.
Последующее увеличение цен на энергоносители,
хотя и не такое существенное,
произошло за период с 2000 по 2002 год.
Чехия предполагала отложить реализацию
"газовой" директивы ЕС на три-четыре года.
Евросоюз в ответ на просьбу чешского
правительства об отсрочке либерализации
газового рынка настоятельно рекомендовал
сократить этот переходный период. Реформирование
энергетического сектора в стране
было большей частью закончено в 2003 году.
Реформа электроэнергетики
Для вступления в Европейский союз кандидатам
из Центральной и Восточной Европы
было необходимо в течение скорейшего
времени полностью либерализировать свою
электроэнергетику. Ключевым моментом
либерализации было то, что, пытаясь соблюдать
график действий для скорого вступления в ЕС,
кандидаты зачастую были вынуждены
принимать достаточно рискованные решения.
Желание Западной Европы создать единый
электроэнергетический рынок до приема
новых членов было вполне обоснованным, и
поэтому ЕС требовал от своих восточных
соседей придерживаться такого же темпа
либерализации данного сегмента рынка.
Причем сомнения некоторых
высокопоставленных представителей Восточной
Европы относительно правильности хода
процесса либерализации Евросоюзом в расчет
не принимались. Поэтому вместо просьб об
отсрочке, как Венгрия, так и Чехия, Польша,
активно переключились на разработку
планов по приватизации своих энергопредприятий
и создание регулирующих структур,
которые бы позволили им через несколько
лет полностью открыть свои рынки. Однако
все эти разработки содержали один
существенный недостаток - они создавались с учетом
директив ЕС, а не с учетом проблем и особенностей
местной энергетики. Центральной и
Восточной Европе в таких условиях
отводилось слишком мало времени для создания
энергокомпаний, которые бы на равных
конкурировали с западноевропейскими. Открытая
конкуренция предполагала, что компаниям
необходимо стремиться к повышению
эффективности своей работы. Вплоть до
конца 90-х годов в Центральной Европе это было
невозможно по трем причинам. Во-первых, цены
на энергорынке образовывались не из
расчета затрат на производство. Во-вторых - производство
энергоресурсов регулировалось
долгосрочными соглашениями, единственным
действенным способом, обеспечивающим
инвестиции для производителей. И, в-третьих,
законодательная база, регулирующая
отрасль, была настолько несовершенна,
что инвесторы не могли наверняка определить
уровень риска тех или иных своих вложений
(по этой причине, к примеру, Польше
приходилось преодолевать серьезные
трудности при приватизации своих
энергопредприятий).
Поэтому центрально- и восточноевропейским
странам в первую очередь было
необходимо сконцентрировать свое внимание
на тех законах, которые бы
непосредственно устраняли препятствия
на пути открытой конкуренции, а не только
декларировали либерализацию как таковую.
Основная проблема здесь заключалась во
взаимоотношении цены и затрат: цена на
электроэнергию не могла пока превысить
уровень затрат на ее производство по
той причине, что в Центральной Европе не было
потребителей, готовых платить
за энергию по рыночным ценам.
К примеру, в Венгрии, которая
довольно рано начала приватизацию
энергопредприятий, правительству
вплоть до конца 2001 года приходилось регулировать
тарифы на электроэнергию. За последние
семь лет относительной либерализации цена на
электроэнергию в стране выросла в несколько
раз и сегодня составляет 15-20% от общей
суммы расходов домохозяйств. Это означало,
что центральноевропейские страны все еще
будут выдавать государственные субсидии
для стабилизации цен на электроэнергию для
потребителей. Более того, эти субсидии
являлись не прямыми, а формировались
из государственной поддержки промышленных
предприятий и социальных дотаций.
Процесс ценообразования на оптовом
рынке электроэнергии - еще одна проблема
либерализации в Восточной Европе. До
недавних пор в регионе практиковалось
заключение долгосрочных соглашений
между потребителями и поставщиками
электроэнергии. Распределительные
компании соглашались покупать некоторое
количество электричества по ценам выше
рыночных, и при такой схеме удавалось
аккумулировать инвестиции для модернизации
электростанций и постройки новых.
Подобного рода соглашения особенно
были популярны в Венгрии и Польше. Однако эта
схема действовала только тогда, когда
в стране работал только один государственный
энергомонополист. В условиях свободного
рынка она попросту потеряла свой смысл.
Если у потребителей будет возможность
выбирать своего энергопоставщика, то
большинство из них выберет низкую
цену на электроэнергию, даже если она будет
произведена на старой и экологически
опасной электростанции. До 2001 года около 70%
польского генерирующего рынка
регулировалось именно такими долгосрочными
контрактами. Очевидно, что Центральная
Европа имела массу проблем на пути
либерализации своего рынка электроэнергии.
Большинство проблем носило комплексный
характер.
Неудивителен тот факт, что реформы проходили
более быстрыми темпами в наиболее
развитых странах Центральной Европы,
особенно в Венгрии и Польше. Среди преград на
пути реформ можно выделить следующие:
? Регулирующие органы не устанавливали
тарифы на электроэнергию независимо.
Urzad Regulacji Energetyki, регулирующий
орган в Польше, был обязан утверждать
тарифы энергетических компаний. В Венгрии
регулирующий орган на рынке
электроэнергии к 2001 году уже формально
не зависел от правительства, но он не
отвечал за установление тарифов, а
правительство продолжало удерживать цены,
особенно розничные.
? Рынки электроэнергии долгое время
оставались крайне неразвитыми. В июле 2000
года Польша стала первой восточноевропейской
страной, которая ввела биржу
электроэнергии (данная биржа - Gielda Energii -
сейчас является рынком, где на
выполнение заказа уходит день).
В Венгрии для вытеснения долгосрочных договоров
была предложена регулируемая система
ценообразования. Однако эта система была
раскритикована иностранными инвесторами,
охарактеризовавшими ее как средство
усиления позиций государственных
электросетей и генерирующих компаний, а не как
инструмент продвижения конкуренции.
? Большинство промышленных потребителей
до 2001 года все еще не могло
приобретать электроэнергию у иных
источников, кроме как у региональных
компаний-дистрибьюторов.
Для устранения препон на пути процесса
либерализации была пересмотрена тарифная
система. В частности, были увеличены цены
на электроэнергию для домохозяйств и
ликвидирована система перекрестного
субсидирования бытовых потребителей
предприятиями. В Чехии к 2002 году
тарифы для домохозяйств превысили тарифы для
предприятий (повышение цен для бытовых
потребителей в 2001 году составило 14%, а в
2002 году - уже 13%).
Выводы
Анализ реформ в газовом и электроэнергетическом секторах стран
ЦВЕ позволяет сделать ряд выводов: ? Во-первых, большинство стран
ЦВЕ разработало и выполнило (а некоторые продолжают выполнять),
хотя и с разной скоростью, планы по реструктуризации ТЭК. Это способствовало
привлечению инвестиций в газовую отрасль и электроэнергетику, сокращению
долгов госкомпаний, решению проблемы неплатежей, избавлению от коррупции,
которая процветала до приватизации. ? Во-вторых, основными движущими
силами реструктуризации являлись желание государств вступить в ЕС,
получить значительные средства от приватизации и повысить эффективность
работы энергосектора. ? В-третьих, реструктуризация газовой сферы
и электроэнергетики проводилась (а кое-где продолжает проводиться)
комплексно в соответствии с требованиями ЕС, но с учетом национальных
особенностей. Реструктуризация включала следующие мероприятия: адаптацию
национального законодательства к нормам и стандартам ЕС; полное
разделение функций добычи, транспортировки и распределения газа
(создание юридически и финансово независимых компаний); диверсификацию
поставок газа; либерализацию газового рынка; создание независимого
государственного регулирующего органа в энергетической сфере и совершенствование
ценовой политики для адекватного отражения всех затрат на энергоносители;
предоставление адресных субсидий малоимущим слоям населения; ? В-четвертых,
большинство стран ЦВЕ провело частичную приватизацию своих госкомпаний-монополистов,
в том числе газотранспортных (транзитных) систем и региональных
газораспределительных и энергораспределительных компаний в качестве
наиболее приемлемого варианта выполнения требований ЕС (национальные
законодательства этих стран, как правило, предписывают оставлять
за государством контрольный или блокирующий пакет акций), а также
осуществило предприватизационную подготовку (реструктуризацию долгов
предприятий, реабилитацию и замену изношенных газопроводов и компрессорных
станций, модернизацию газоизмерительной аппаратуры, модернизацию
электростанций).
|
Главная
экономика
