"Бархатная революция" или армянский переворот?
Расим АГАЕВ, политолог
 В
час революционных бурь, когда эйфория кружит голову вождям, а у
масс захватывает дух от ожидания грядущих перемен, мало кто задумывается
над тем, что помимо зажигательных речей лидеров и энергии народных
толпищ, готовых крушить любую государственную твердыню, почти всегда
имеются тайные пружины и механизмы, образующие заговор скрытых политических
сил, которые приводят в движение одних, парализуют волю других и
которые часто являются главными вдохновителями общественных переворотов.
Понадобились многие десятилетия, чтобы историки всерьез заинтересовались
ролью всемирного масонства в большинстве революций, сотрясавших
американский и европейский континенты в течение последних столетий.
Долгое время большинство современников отказывалось верить в то,
что для реализации своих партийных целей большевики во главе с Лениным,
не задумываясь, воспользовались средствами и связями в Германии,
воевавшей против России, - страны, которую все они считали своей
родиной. Недавно Евгений Примаков поделился с бакинскими журналистами
кое-какими сведениями о том, как лидеры Народного фронта Азербайджана
намеревались в январе 1990 года сбросить законную власть: Неймат
Панахов, оказывается, регулярно встречался с резидентом турецкой
разведки. Как видите, то, что еще недавно являлось большим секретом,
ныне воспринимается как банальная история.
С тех пор как
южнокавказский политический небосклон озарился светом грузинской
"бархатной революции", в Баку не утихают
разговоры относительно армянского
происхождения ее основных фигурантов.
"Я не менял своей фамилии, и она у меня
та же, что у нескольких поколений моих
предков, - разъяснял Михаил
Саакашвили сложности собственного этногенеза
популярному азербайджанскому изданию, не
скрывающему своих симпатий к борцу
против коррупции. - Cаакашвили -
довольно распространенная в Грузии фамилия, и среди
всех Саакашвили трудно обнаружить армянина".
Трудно, но, как оказалось, не
так уж и невозможно. Полгода спустя бакинские
газеты запестрели документальными
биографическими сведениями, безусловно,
опровергающими вышеприведенное утверждение
самого юного президента эсэнговья, а
может, и планеты всей. Но юный ниспровергатель
члена Политбюро не зря слыл
ухищренным полемистом, не раз
и не два заставлявшим смолкнуть
самого "Серебристого
лиса". Слухи о своих армянских корнях он
объявил происками все того же Шеварднадзе,
который таким вот постыдным образом
намеревался лишить его голосов грузинских
азербайджанцев.
"В Турции тоже распространяется слух о
моем армянском происхождении и о том,
что я ненавижу Турцию и турков. При этом
они опускают тот факт, что моя мать -
известный в Грузии тюрколог,
поэтому я воспитан в
уважении к турецкой культуре", -
отмахивался М.Саакашвили от дотошных журналистов.
Ссылки на маму-тюрколога слишком
напоминали знаменитое изречение другого
выдающегося политика: "Мама у меня казачка,
а папа - юрист", чтобы развеять туман
азербайджанского недоверия. Кроме того,
в Баку, где не понаслышке знакомы с опытом
подготовки тюркологических кадров Армении,
слава Аллаху, усвоили, что исследования в
этой области ориенталистики могут
представлять собой не столько пример научного
поиска, сколько особую форму тюркофобии.
Во всяком случае визит парламентской
делегации Грузии во главе с тогдашним
спикером Зурабом Жвания пришлось-таки в
2001 году отложить после того, как
обнаружились "армянские следы" и в
его биографии. Рассказывают, что этот самый
Жвания позже при встрече с Гейдаром
Алиевым решил удивить его откровенным
признанием: "Я ведь наполовину армянин!".
Очевидно, грузинский спикер и впрямь был
в чем-то половинчат, если полагал, что
такой ценитель конфиденциальной информации,
каковым являлся Г.Алиев, не ведал,
кто перед ним сидит.
"Знаю, знаю об этом, - сказал будто
бы азербайджанский правитель. - Знаю, что ты
армянин". И после короткого раздумья
добавил: "На все сто процентов... Это даже
хорошо - будет, кому в Грузии
объяснять армянам, что они не правы".
Эпизод сей, в достоверности которого
у меня нет оснований сомневаться, как и все
соображения на эту тему, я привожу вовсе
не для того, чтобы уличить бывшего
президента в фобиях. Не страдаю этим
и я. Просто в политическом контексте правильней
оперировать такими понятиями, как,
например, "армянство". Как термин, он лучше
передает сущность того идейно-политического
явления, которое бросило вызов
тюркскому миру, и в первую очередь
Азербайджану и Турции, и во имя осуществления
своих территориальных притязаний готово
перессорить весь мир.
Итак, то ли по чистой
случайности, а может, в результате чьих-то согласованных и
хорошо продуманных действий, во главе
соседнего государства, которое рассматривается
Азербайджаном в качестве дружественного, и
теперь, уже ввиду известных
энергетических проектов, связанного
с ним стратегией геополитического и
геоэкономического развития, оказалась
группа лиц, на чьи общеполитические идеи и
устремления не может не влиять их
армянизм. Положение усугубляется тем простым
фактом, что ведущие представители
политического руководства Грузии связаны
кровными узами с Арменией, находящейся
в состоянии войны с Азербайджаном. Ну и
что из того, возразят нам, где их
только нет у власти, помимо разве что Китая и Японии?
Чем такое засилье вершины власти
армянским элементом может угрожать
Азербайджану, легко можно проиллюстрировать
на примере Советского Союза. Пока
интересы армянства в Кремле отстаивал
хитроумный Микоян, руководству советского
Азербайджана еще как-то удавалось
сопротивляться армянской экспансии. Но и
всесильный Багиров, в конечном счете,
должен был признать свое поражение в борьбе с
происками армянского царедворца. В заключительном
слове на собственном судебном
процессе он заклинал потомков помнить
о засевшем в Кремле агенте международного
империализма. При Брежневе, не
скрывавшем своей благосклонности к Кунаеву, Алиеву
и Рашидову, первый сепаратистский взрыв
в Карабахе в 1967 году был подавлен без
раздумий. И наоборот, территориальные
претензии одной союзной (!) республики к
другой встретили полное понимание
Москвы, когда на вершине власти оказался Горбачев,
вся карьера которого
прокладывалась в окружении армян.
Армянство в политическом истеблишменте Грузии
всегда играло особую роль. Но то,
что произошло с трансформацией правящих
кругов после "бархатной революции", -
случай, сравнимый с перерождением советской
власти сразу после Октябрьской
революции, и российского правящего
истеблишмента при Ельцине. От этих мирных
переходов власти из национальных рук в
инонациональные Россия не может оправиться и
по сегодняшний день. Предвижу, что кое-кому
такого рода аналогии, равно как и само
политическое видение происходящих в соседней
республике преобразований, могут
показаться неким преувеличением,
а то и вовсе предвзятостью. Между тем история
хранит немало примеров того, как с помощью
мирного проникновения во власть многие
могущественные государства добивались своих
экспансионистских целей, подчиняя своей
воле куда более крупные и сильные народы, чем
грузинский.
Известно, что иудейские
миссионеры, обратив в свою веру
верхушку тюркского хазарского царства, роковым
образом повлияли на судьбы хаганата.
Мамлюки, привлеченные арабами в качестве
наемной силы, объединившись, надолго
захватили власть в халифате. Курдский
военачальник Салахаддин,
благодаря своему государственному уму и
полководческим талантам, на долгие
годы захватил власть над арабами. Арабское
государство, которым он управлял,
расширяя его пределы, курды и поныне считают своим
национальным образованием. Поляки, периодически
засылая в Москву лжедмитриев,
подкупами и обещаниями не раз и
не два захватывали верховную
власть на Руси. Этот
грустный перечень хитроумия
одних и благодушия других народов
можно продолжить. И уж если быть верным
истории вопроса, то придется признать, что грузинский народ не
впервой со свойственным ему
великодушием отдает власть армянам.
Послушаем
историка. "В исконно социальном строе
грузин был весьма крупный изъян, за который
им пришлось пострадать, да и еще, быть
может, придется поплатиться, если не
существованием, то, во всяком
случае, благополучием целого племени: у них не было
собственной буржуазии". Это замечание В.Л.Величко,
исследования которого должны
были бы стать настольной книгой
каждого азербайджанца и грузина, но, увы, таковой не
стали, ныне воспринимается как пример
редчайшего социального прогнозирования. Роль
буржуазии в Грузии искони выполняли
армянские промышленники, торговцы и
ремесленники. Кончилось это
тогда, в начале ХIХ века, тем,
что "часть грузинских армян,
племенною чертою которых является
не только экономическое пронырство, но и
бюрократическое пролазничество,
проникла в грузинский служилый класс и даже в
знать".
Вот так-то. Если б на вершине современной
грузинской власти находился лишь один
армянин, и им был бы нахальный Жвания,
это все равно было бы много с точки зрения
угрозы интересам Азербайджана. Вкупе с
президентом и сонмищем других властных лиц
армяне в Грузии фактически образуют некое
государство в государстве, что с учетом
нескончаемой войны с Арменией дает
повод для более пристального взгляда в процессы,
происходящие за Красным мостом, чем тот,
который мы наблюдаем в официальном Баку.
Несмотря на то, что Грузия вот уже
второе десятилетие раздираема сепаратизмом, в том
числе и армянским, официальные власти и
разнородные политические силы всегда
проявляли и продолжают проявлять непонятную
восприимчивость к позиции Еревана в
его споре с Баку. Согласие привязать
Грузию к и без того дорогостоящему
коммуникационному проекту в
качестве транзитной страны, двухмиллиардные
преференции стоят того, чтобы Тбилиси
проявил больше внимания к нуждам почти 400
тысяч своих азербайджанских граждан.
Свергнутый Шеварднадзе, будем справедливы,
это понимал. По тому, как тысячи
азербайджанцев в одночасье лишились своих
земельных угодий, а наиболее заметные
из них подвергаются преследованиям, можно
сделать безошибочный вывод о том,
против кого направлен националистический заряд
революции роз. Ее шипы больно кольнут
прежде всего, Азербайджан и азербайджанцев.
О том же бьют тревогу все 117
азербайджанских сел и прежде всего деловые люди
азербайджанской диаспоры.
Ничто не сближает позиции Тбилиси и Еревана, как напряженные отношения
с грузинскими азербайджанцами. В случае выброса азербайджанцев с
их исконных земель армянство получает веский аргумент в оправдание
карабахского сепаратизма. Кроме того, возникают реальные предпосылки
для создания антиазербайджанского альянса. Если усиление армянского
элемента в политическом руководстве Грузии факт, не требующий доказательств,
то приходится констатировать, что решающий шаг в этом направлении
армянством сделан, и мы еще получим возможность не раз убедиться
в этом.
|
Главная
точка
зрения 
