Столкновение с реальностью
НУРАНИ
 О
том, что означает дата 24 апреля 1915 года, в нашей части света
долго объяснять не надо - армянские и проармянские круги каждый
год приурочивают к ней весьма шумную и истеричную кампанию. Куда
меньше известна, однако, другая, куда более достоверная - 25 апреля
того же 1915 года, объединившая судьбы таких далеких друг от друга
стран, как Турция, Австралия и Новая Зеландия. Речь идет об одной
из самых кровавых и трагических страниц первой мировой войны - знаменитой
битве при Чанаккале, исход которой имел решающее значение в вопросе
контроля над проливами Босфор и Дарданеллы. Гибель турецкого 57-го
полка, солдаты которого перед тем, как идти в бой, сами прочитали
себе заупокойную молитву, знаменитый приказ Мустафы Кемаля паши:
"Я вам не приказываю победить, я вам приказываю умирать!"
- это все хроника той битвы, где драться приходилось за каждый метр
скалистого полуострова. А в музее битвы при Чанаккале можно увидеть
две столкнувшиеся в воздухе и намертво сплавившиеся крестом пули:
турецкую и французскую. Вероятность такого - один шанс из трех миллионов,
но в Чанаккале интенсивность огня была такой, что пули действительно
сталкивались в воздухе.
Первоначально по плану, разработанному британскими стратегами,
предполагалось, что прорыв из Средиземного моря к Стамбулу через
пролив Дарданеллы будет осуществлен исключительно силами флота,
без каких бы то ни было операций сухопутных сил. Когда же морская
операция Антанты потерпела крах, решено было произвести сухопутную
высадку на побережье полуострова Гелиболу (Галлиполи). Основную
ударную силу Антанты составили тогда части так называемого ANZAC
- "Армейского корпуса Австралии и Новой Зеландии". Эта
высадка тоже закончилась неудачей. Частям ANZAC так и не удалось
заметно продвинуться вперед, и после долгих, тяжелых и изнурительных
боев командование Антанты вынуждено было объявить эвакуацию с полуострова
Гелиболу своих солдат.
Сегодня Австралия и Новая Зеландия ежегодно отмечают 25 апреля
как День ANZAC. По мнению турецких историков, десант в Гелиболу
- это, по сути дела, наиболее важное и масштабное историческое событие
для этих стран, появившихся на карте мира около двухсот лет назад.
Сегодня большая часть полуострова Гелиболу - это исторический заповедник.
Где воинские кладбища и памятники турецкой армии соседствуют с кладбищами
и памятниками солдатам стран Антанты: ANZAC, французам, грекам...
И именно здесь Мустафа Кемаль Ататюрк, уже после победы в войне
за независимость, произнес свою историческую фразу: "Герои,
пролившие свою кровь и расставшиеся с жизнью, вы лежите сейчас в
земле дружественной страны. А потому - упокойтесь с миром. Нет различий
между джонни и мехметами, лежащими рядом в земле нашей. Вы, матери,
пославшие сюда своих сыновей из дальних стран, утрите слезы. Ваши
дети лежат в лоне нашем, а потому пребывают в мире. Расставшись
с жизнью в нашей стране, они стали и нашими сыновьями". То,
как в Турции отнеслись к памяти солдат, пришедших на ее землю -
будем откровенны - как захватчики, в Европе до сих пор считают образцом,
и во время печально известной эстонской эпопеи с переносом "Бронзового
солдата" Таллинну представители Евросоюза советовали брать
пример с Анкары.
И каждый год десятки тысяч англичан, австралийцев, новозеландцев
приезжают в конце апреля на полуостров Гелиболу. Чтобы провести
здесь воинские церемонии поминовения и встретить рассвет 25 апреля
там, где когда-то высаживались на берег части ANZAC.
Участие официальных лиц из Канберры и Веллингтона в этих церемониях
давно уже стало традицией. И в 1950 году на юбилейную церемонию
ANZAC Day в Гелиболу приехал генерал-губернатор Австралии лорд Касей,
который сам принимал участие в высадке. И именно он в своем выступлении
рассказал почти невероятную историю. 25 апреля 1915 года, рассказывал
он, между турецкой армией и союзниками шли жестокие окопные бои.
Расстояние между окопами составляло метров 8-10, и в этой полосе,
простреливаемой с обеих сторон, упал на землю тяжело раненный англичанин-капитан.
Сил преодолеть последние метры до своих уже не было. Он звал на
помощь, но никто из его солдат не решался выйти из окопа - пули
сыпались буквально градом.
И в эту секунду в турецком окопе мелькнул белый лоскут, и тут же
из окопа выпрыгнул турецкий солдат - один, без оружия. Мы, рассказывал
губернатор, а в те годы - командир взвода, замерли, боялись даже
вздохнуть. Он приблизился к раненому, подхватил его на руки, как
своего, донес до нашего окопа, передал с рук на руки и вернулся
к своим. Мы даже не успели его поблагодарить. Не знаем даже, был
ли это солдат или офицер. Но потом, по словам лорда Касея, в армии
еще долго говорили о мужестве и человеколюбии турецкого солдата.
Есть, впрочем, и другие версии этой истории. По словам одних, произошло
это уже во время отступления частей ANZAC, по другим, в первый день
высадки, меняются и другие обстоятельства. И по меньшей мере не
исключено, что такой случай был не один. В воспоминаниях французских
офицеров тоже нетрудно найти сведения о том, что турецкие солдаты
перевязывали своих раненых противников и поясняли: такого требует
наша вера. Дети, женщины, старики и те, кто нуждается в помощи,
неприкосновенны, помочь им - богоугодное дело. Так или иначе, не
случайно эту тяжелейшую операцию, стоившую колоссальных жертв обеим
сторонам, британские историки назовут позже "джентльменской
войной".
Но вот в чем дело. Высадка частей ANZAC, "джентльменская война",
когда офицеры армии Великобритании и Франции оказались потрясены
тем, с каким благородством и человеколюбием вели себя их противники-турки,
которых предвоенная пропаганда изображала исключительно жестокими
варварами - все это происходило в те же дни, когда, если верить
армянским источникам, та же армия той же Турции на востоке страны
вершила распиаренный до невозможности "геноцид армян".
"Геноцид армян" - 24 апреля 1915 года. День ANZAC - 25
апреля. На день позже.
Но это уже не укладывается в рамки здравого смысла. Потому как
не могла одна и та же армия одной и той же страны одновременно удивлять
мир своим благородством и человеколюбием в Гелиболу и творить "геноцид"
в Ване, Эрзуруме, Битлисе...Такого не бывает, это не слово против
слова, это миф против реальности. Потому что у австралийцев, французов,
новозеландцев, британцев, участников боев в Гелиболу, как минимум
нет особых причин рекламировать турецкую армию, а вот у армянских
националистов и их союзников, для которых вопли о "геноциде"
всегда были не более чем частью пиара для обоснования территориальных
притязаний на турецкую Восточную Анатолию, причины лгать, простите,
есть. И фальшивок вокруг темы о "геноциде" слишком много,
чтобы не задуматься о том, есть ли тут вообще правда.
Понятно, впрочем, и другое. О том, что армяне в своем национальном
самосознании застряли на уровне рубежа XIX-XX веков, не высказался
только ленивый. Но в то время вопрос: "Почему вас так не любят
соседи?" - звучал совсем не так, как сейчас. И, рассуждая о
том, что армянский этнос сам по себе неоднороден, что здесь, кроме
армян-григориан, наличествуют еще и армяне-католики, профессор Величко,
автор знаменитого труда "Кавказ. Русское дело и междуплеменные
вопросы", изданного в Санкт-Петербурге в 1904 году, писал:
"Армяне-католики, люди одной расы с армянами-григорианцами,
неизменно выше последних: умнее, нравственнее, МЕНЬШЕ НЕЛЮБИМЫ СОСЕДЯМИ
(выделено мной. - Н.)". И когда в нашумевшем фильме Атома Эгояна
"Арарат" один из его главных героев, кинорежиссер Эдвард
Сароян в исполнении Шарля Азнавура, говорит другому главному герою,
молодому армянину Раффи: "Знаешь, что причиняет мне самую сильную
боль? Не то, что мы потеряли землю и было убито столько людей, а
то, что нас так сильно могли ненавидеть" - это уже крик души,
это боль от столкновения с реальностью, в которой историки, мало-мальски
знакомые с внутренней жизнью Османской империи, с ее традициями
толерантности и веротерпимости, не могут не задавать вопрос, почему
эти традиции вдруг дали сбой именно 24 апреля 1915 года и именно
в отношении одних только армян, но по-прежнему действовали на полуострове
Гелиболу. Причем речь идет о таких аспектах, которые трудно объяснить
приказом сверху. Плюс ко всему, во-первых, еще накануне первой мировой
войны армян признавали самым привилегированным меньшинством в Османской
империи: армянские дельцы получали подряды даже на строительство
султанских дворцов, а в финансовом делопроизводстве, по отзывам
многих, армянский язык применялся куда шире государственного турецкого:
финансы Османской империи были в руках крупнейшего местного христианского
"миллята". А, во-вторых, настоящий геноцид редко бывает
избирательным: в той же Германии уничтожали в конце концов не только
евреев, но и цыган, славян, в особенности поляков, в Армении "этническим
чисткам" тоже подверглись не только азербайджанцы, но и курды,
и даже русские-молокане, на совести сербских ультранационалистов
- этнические чистки против хорватов, боснийцев, косоваров, католиков,
мусульман...
Как утверждают многие, политический историк должен уметь пользоваться
микроскопом и телескопом одновременно. И уметь анализировать не
только мелкие подробности событий, но и схватить всю картину в целом.
А она, эта картина, не оставляет армянским мифам ни малейших шансов
выжить при столкновении с реальностью. Где есть полуостров Гелиболу,
есть высадка ANZAC и блестящая победа турецкой армии, и раненый
английский офицер на руках у турецкого солдата. Но вот доказательств
"геноцида", увы, нет.
|
точка
зрения
